Женя, Пим и Чу сидели за пеньком-столом и пили чай. Пили они не из скорлупок, как в первый раз, а из настоящих чашечек. Недавно Женя откопала в своем сундуке набор кукольной посуды и при первой же возможности отнесла его Чу. Там было несколько замечательных чашек с блюдцами, чайник, сахарница и маленький кувшинчик. Чу пояснила Жене, что в кувшинчик наливают сливки для кофе или чая.

А еще Женя стащила с кухни одну из своих чашек. Так что теперь чаепитие у Чу было не только веселое, но и удобное всем. И вот, они сидели так, пили чай с вареньем, Чу рассказывала всякие интересные истории из своей жизни. Историй этих было много и самых разных. Чу ведь не всю жизнь жила здесь, под кустом малины — она перебралась сюда сравнительно недавно. А до этого она жила в норке на поле у соседнего фермера, в подполе старой мельницы, в сарае возле дома рыбака у реки и еще где-то — Женя не запомнила всего, что перечисляла мышь. И в каждом месте с ней приключались всяческие истории.

Сегодня Чу рассказывала о том, как на старую мельницу, где жила Чу, несколько мышиных семей и пара старых серых крыс, набрёл большой и очень голодный кот. Рассказчица из Чу была превосходная. Рассказ получался очень живой и Женя слушала раскрыв рот.

— Кота заметил маленький мышонок и очень перепуганный прибежал, пища на всю мельницу “Чудовище, чудовище!”

Началась паника. Мыши, до того спокойно сидевшие на старых мешках от зерна (не совсем пустых надо сказать), побросали еду и забегали ища укрытия. К счастью, доски пола давно рассохлись и щелей было множество. Так что когда кот вбежал на мельницу все ее жители были уже в безопасности. И все бы ничего, но вот кот решил не уходить с мельницы, а запрыгнул на жернова и стал внимательно смотреть вниз. Сначала мыши надеялись, что кот скоро уйдет и спокойно ждали. Но кот и не думал никуда уходить.

Надо сказать, что под полом у нас не было практически никаких запасов еды — к чему было таскать еду под пол, если за зернами можно было вылезти в любую минуту. Но так было до появления кота. Теперь же вылезти мы никак не могли. Кот замечал любую нашу попытку и тут же бросался с жерновов вниз. Даже ночью, когда мы уже надеялись, что он наконец уснул и отец одного из мышиных семейств очень тихо вылез наружу, чтобы собрать хоть сколько семян, кот мгновенно проснулся, молниеносным прыгнул и только чудом не схватил мыша.

К утру маленьким мышатам было уже нехорошо от голода, ведь вчера они не смогли толком пообедать и полностью пропустили ужин. Никаких других выходов из под пола не было, а прорыть тоннель заняло бы несколько дней. Казалось, что надежды совсем не осталось. И тогда я решила. Раз уж мы не можем прогнать кота, надо хотя бы попробовать поговорить с ним — может быть он не такое уж чудовище каким кажется. Но просто вылезти было опасно — кот съел бы меня раньше, чем я сказала бы “Добрый день”. Ведь он был очень голодный и не ел, наверное, на много дольше нас.

И всё-таки я твердо решила поговорить с ним. Моя бабушка всегда говорила мне: “Не всегда можно договориться по хорошему, но всегда надо стараться это сделать.” У меня было для этого кота одно предложение. Дело в том, что я знала потайной лаз в сарай у дома рыбака. А в сарае было полно вяленой и сушеной рыбы. Но все никак не могла придумать, как мне рассказать об этом коту.

Помогли мне две крысы. Они встали под двумя достаточно большими щелями — такими чтобы я пролезала в них легко, не протискиваясь — примерно в метре друг от друга. По плану, сначала меня поднимала одна крыса, так что я высовывалась в щель. Когда кот прыгнул на меня, я должна была спрятаться под пол и побежать ко второй крысе, которая снова высовывала меня наружу. И вот так, появляясь то с одной стороны от кота, то с другой, у меня появлялся шанс поговорить с ним, хоть и отрывисто. Но, ничего лучшего мы не придумали.

И у нас получилось. Все это выглядело примерно так:

“Уважаемый кот! Ой...” “Вы должно быть очень... ой” “... голодны. А я хочу...” “Предложить вам...” “Вместо того, чтобы...” “...кушать нас, мышей...” “Много-много вкусной...“ “рыбы!”

При слове “рыбы” кот застыл. И даже когда я снова показалась в дальней щели, он не прыгнул на меня, а только очень внимательно посмотрел, прищурившись. “Откуда у вас рыба?”, недоверчиво спросил он.

Я ему все рассказала. Про рыбу, про сарай и про лаз. Кот был в замешательстве. Он не очень верил мне, но рыбы хотел очень сильно. Я боялась, что он решит, будто я обманываю его, чтобы он ушел, а мы успели убежать или запастись едой под полом. Тогда я собрала всю свою храбрость и предложила: “Я пойду с вами и сама покажу лаз в сарай. Если я вас обманываю, вы сможете съесть меня!” Ох, как мне было страшно, но иначе было нельзя. Я вылезла и мы, вместе с котом, побежали к сараю у реки. Я боялась, что кот будет не такой честный и съест меня даже когда увидит, что лаз действительно есть, но к счастью кот оказался весьма вежливый и даже поблагодарил меня и извинился. С тех пор он так и живет у рыбака. Попрощавшись с котом я поспешила обратно на мельницу где...

Чу не смогла закончить. Сверху раздался жуткий шорох и сквозь листья малины прорвался воробей Чир. Он был очень напуган.

— Чу-чу-чу... Чу-чу... — пытался он что-то сказать, но от страха весь дрожал и заикался.

— Что случилось, Чир!? Ну успокойся же, успокойся и расскажи нам. — тётушка Чу гладила воробья по перышкам успокаивая, Пим протягивал ему чашечку с водой, а Женя сама перепугалась и просто сидела, не зная что ей делать.

— Чу-чу-чу... Чудовище... — выговорил наконец Чир. — Чудовище!

— Где, где? — засуетился Пим.

— Там! — Чир крылом показывал куда-то в сторону Жениного дома.

— Что за чудовище? Кот? — спросила тётушка Чу как можно спокойное, хотя было видно, что и она очень взволнована.

— Нет-нет, совсем не кот. Я такого не видел никогда. Зубастое. В шляпе и с граблями! На человека похоже, но только страшное очень.

Женя задумалась. То что описывал Чир казалось ей очень знакомым. Она повернулась и поползла через кусты наружу.

— Стой, Женечка, ты куда? — послышались одновременно голоса Чу и Пима, но Женя не стала останавливаться. Она уже догадывалась какое чудовище видел Чир.

И Женя не ошиблась — возле маминой любимой клумбы, на которой она недавно посадила какие-то новые семена, стояло большое и весьма страшное пугало! Должно быть мама поставила его, пока Женя сидела у Чу. Мамы в саду не было видно и Женя побежала в дом. Мама мыла посуду, но Женя решительно подошла к ней и потянула за юбку.

— Что ты хочешь, солнышко? Ох, опять ты вся перепачкалась. Ну куда ты меня тянешь? Ты же видишь, я мою посуду.

Женя только сильнее потянула маму в сторону сада. Мама вздохнула, выключила воду и, вытирая руки о фартук, пошла за Женей. Женя шла насупленая и суровая. Подведя маму к клумбам, она показала на пугало и сердито посмотрела на маму.

— Ах! — сказала Женя.

— Это пугало. Ну, чтобы птицы не склевали семена на клумбе — сказала мама, удивленно посмотрев на дочку, — мы же читали про них в книжке, помнишь?

Женя кивнула, снова показала на пугало и повторила:

— Ах! — она пыталась сказать “Страх”, но у нее пока получалось только “ах” и мама никак не могла ее понять.

— Плоха! — пояснила она.

— Плохо? Но почему, Женечка? — все-таки мама никак не могла понять, почему Жене не нравиться это пугало. Она его явно не боялась, значит была какая-то другая причина.

Женя, совсем сердитая, топнула ногой и снова сказала:

— Плоха!

Вдруг она, как будто что-то сообразив, снова потянула маму за юбку, но теперь уже обратно в дом. Дома она направилась прямо к себе в комнату, где вывалила на пол все книжки с картинками из своей тумбочки и стала рыться в них, что-то явно выискивая. Мама сидела рядом и недоуменно следила за дочкой. И вдруг Женя вскрикнула и показала маме на один из рисунков. На этот раз мама поняла, что Женя хотела сказать, но от этого удивилась даже больше, чем от всего остального.

— Ты думаешь, что так будет лучше? — медленно спросила она, на что Женя с самым серьезным видом кивнула.

— Что ж, — сказала мама — подождем папу и сделаем как ты хочешь. А пока давай уберем все эти книжки и пойдем помоем тебя, грязнуля.

Вечером, как только папа пришел с работы, мама рассказала ему дневное происшествие и показала картинку, указанную Женей. Папа тоже был весьма удивлен, но сказал:

— Раз она так хочет, значит так и будет. — И после ужина ушел в мастерскую, предварительно убрав из сада пугало.

А утром, только-только проснувшись, Женя подбежала к окну (в ее комнате оно доходило чуть ли не до пола) и радостно засмеялась — рядом с кустом малины, под которым жила Чу, стояла большая деревянная кормушка для птиц, а Чир и его друзья весело прыгая, клевали пшеничные зерна, которые насыпала туда Женина мама. И им совсем ни к чему было клевать семена на маминых клумбах.

— Всегда надо договариваться по хорошему — подумала Женя и побежала умываться.