Не то чтобы очень давно, но и не так чтобы недавно — наверное когда твоя бабушка только-только родилась — в Небывалой Стране жила была девочка Женя. Женя была уже большая девочка — ей было целых полтора года. Она звонко шлепала босыми ножками по дому, хохотала так, что слышали все соседи и даже знала несколько фраз: “Это хочу!“, “Сладкая конфетка” и “Новый год”.

Больше всего Женя любила рисовать красками... на полу и на стенах. Увы, ни мама с папой, ни даже добрая бабушка, не понимали как это интересно и увлекательно, и даже почему-то ругали Женю, обнаружив в очередной раз красного слоника или голубого жирафа на полу в гостиной или, например, на холодильнике. Конечно, рисунки Жени были не очень похожи на слоников и жирафов — больше они были похожи на Каляку-Маляку. Поэтому сначала Женя думала, что взрослым не нравиться как она рисует. Тогда она решила больше тренироваться. Но чем больше она старалась и разукрашивала скучную мебель и блеклые обои, тем больше ругались родители. Однажды, папа даже забрал у Жени краски, карандаши и фломастеры, спрятал их и не отдавал целую неделю. Женя плакала, тянула папу за штанины, лезла целоваться, в общем старалась как могла, но папа был непреклонен.

Вообще, папа у Жени был добрый, веселый и часто баловал свою дочку. Он был рыжий и ходил с бородой. Борода была то щекотная, то колючая — почти как колючки у ёжика. Частенько Женя залезала папе на плечи и каталась так, пока в ножках не начинало колоться. Она считала, что папа очень полезный и нужный — его можно было превратить в карусель, в качели, в лошадку и даже в батут. Было только очень обидно, что почти всю неделю папа уходил рано утром и возвращался домой только к вечеру — папа ходил на работу. На работу ходили и бабушка с дедушкой. И Женя оставалась с мамой.

Мама...

— Мама, - думала Женя, - тоже очень полезная. Она готовит кушать, играет со мной, купает меня. Вот если бы ещё можно было и к ней на плечи залезть. Или превратить ее в качели...

Но залезать на маму и качаться на ней было нельзя. Зато можно было клянчить конфеты и чай, таскать ее карандаши и фломастеры. Кстати говоря, додумалась до этого Женя к концу той ужасной недели, когда папа спрятал все ее рисовальные принадлежности.

Мама у Жени тоже рисовала. Правда, она, в отличие от дочки, рисовала только в специальных альбомах, но Женя никак не могла понять, что в этом интересного — так никто не увидит рисунков! И она продолжала украшать стены.